Правота и права человека

* Напечатано в журнале «Континент».

1. Чувство правоты — живое чувство, тесно связанное с выполнением обязанностей. Когда человек достойно выполняет обязанности, он опирается на свою правоту, в силу чего доволен собой и смело смотрит в глаза людям; при невыполнении обязательств чувство правоты у него отсутствует. Истинная правота есть сознание человека-созидателя2 и достигнуть его возможно при большой строгости и требовательности к самому себе. Человек, ощущающий правоту, ее же мерилом оценивает окружающих. Так создаются неписаные правила, своеобразные законы, близкие к заповедям христианской морали.

На Руси состояние правоты сформировалось в ходе непрерывной обороны, при ее освобождении от татарского ига и становлении государства Российского. Под давлением грозной действительности человек быстро исправлял свои ошибки.

Природа прав человека иная, чем у правоты. Права человека устанавливаются законами, разрешающими ему осуществлять свои требования к государству. При этом любой человек, независимо от своих качеств и деятельности, располагает теми же правами. В античном мире (Афины, Спарта, Рим) подобие прав человека существовало лишь для свободных граждан, но не для рабов. Христианство возвеличило человека, охраняя его достоинство. Внутренне достоинство покоится на чувстве правоты, внешне оно опирается на права, провозглашенные в законах. Но право на что бы то ни было христианин измеряет своим долгом и обязанностями, т. е. тем же чувством правоты. Таков должен быть принцип поведения человека.

2 Правота — «правильный образ мыслей и действий» (Толковый словарь русского языка / Под ред. Ушакова).

При резком отклонении от правоты поведения населения всей страны душе народа3 наносится глубокая рана, которая долго не заживает и тем ослабляет народ, испытавший на себе ее последствия. Когда слои народа направлялись, в главном, сознанием правоты, их единство было крепким. Единство треснуло, когда дворяне стали жить по ими же навязанным в 1762 г. законам, идущим вразрез с чувством правоты. Тем самым, обида и несправедливость омрачили сознание правоты крестьян, мещан, рабочего люда. Возникновение с 1860 г. паразитической группы интеллигенции, действующей против глубинных традиций народа и опирающейся па извращенное чувство правоты, губительное для страны, полностью нарушило прежнее единство. Создавшемуся положению способствовала непростительная задержка с освобождением крестьян, основанным к тому же на несправедливых требованиях. В целом, образованно правового сознания непомерно отстало у русского народа, и кровавая вакханалия большевиков в 1917 г. стала возможной.

Больше тысячи лет Византия, а позднее и Русь были щитом для Западной Европы и отражали с Востока набеги кочевников и нашествие арабов. Благодаря этому в Европе создались благоприятные условия для ее культурного и экономического развития. От древнего Рима Европа унаследовала дух законности. Оба эти фактора разрешили Европе уже в XI веке понять, что закон должен охранять права человека. Первой ласточкой была Хартия вольностей Иоанна Безземельного. Более мягкая жизнь не требовала от населения постоянного проявления правоты и пренебрежение ею позволяло домогаться прав любой ценой. Эта порча нравов коснулась и правителей, которые стремились чужими руками жар загребать. И не раной ли в душе западных народов объясняется непомерное число разрушителей в области идей, усилия которых были направлены на сокрушение христианской цивилизации?

3 Душа народа: силовой остов из трансфизических частиц в трансфизическом поле, образованный при взаимодействии душ людей общих устремлений (Панин Д. Теория густот. Гл. 25).

Главные события на Руси и их вершители (государи, князья, бояре, полководцы) были верно описаны в летописях и дают возможность оценить в целом поведение русских людей. Письменные свидетельства о поведении одиночек дошли до нас, за некоторым исключением, лишь со Смутного времени. Поэтому для анализа поведения рядовых людей следует применить другие приемы.

2. В квантовой механике по скупому показанию прибора удается сделать строгие выводы о природе и свойствах элементарной частицы. Например, если в камере Вильсона след летящей частицы в магнитном поле предстает в виде плоской кривой, то по положению центра кривизны сразу же можно установить знак заряда этой частицы, т. е. ее принадлежность к частицам или античастицам. По напряжению магнитного поля и величине радиуса кривизны определяют величину заряда частицы, по другим показателям — ее массу и спин. Для физиков такой ход мышления общепризнан и не вызывает сомнений. Мне представляется вполне уместным и закономерным применить идентичный ход мышления к некоторым узловым точкам истории России для выяснения поведения, а следовательно, и качеств рядовых созидателей в стародавние времена:

— С 800 по 1237 г. военные нападения на Русь происходили каждые четыре года. Положение для рядовых русичей заметным образом не изменилось после приглашения в Киевскую Русь князей-варягов. Дружина охраняла князя и его город, выступала в походы. Свои поселения русичи защищали сами. Разрушители (по своей натуре) находились в одинаковых условиях с созидателями, ибо им также приходилось отстаивать свою жизнь. Они не имели возможности хитрить, прятаться за спину других, использовать их доверчивость. Рожденное в этой обстановке чувство правоты было единым и нарушить его было опасно: за предательство и малодушие чинили самосуд.

— С 1240 по 1462 г., во время татарского ига, на Русь было двести вражеских нашествий. При явном перевесе на стороне татар иногда удавалось заманить их в лесную чащу; впрочем, обычно вооруженный отпор при защите своего селения кончался его пожаром, разграблением, угоном жителей в полон, хотя наносился и ощутимый урон нападающим. При огромных пространствах Руси и редком населении приходилось полагаться на свои силы, на боевые качества рядовых людей.

— Разделение и распри удельных князей, приведшие к поражениям в битвах при Калке (1223 г.) и при Сити (1240 г.), происходили от бурления молодецких сил. Влияние на них разрушителей сказывалось в предательствах и изменах.

В сражениях с Батыем (1237 — 1240 гг.) погиб цвет русского воинства. Шведы и Тевтонский орден немедленно этим воспользовались. Однако, Александр Невский нанес сокрушительный удар шведам (1240 г.) и наголову разбил на льду Чудского озера войско Тевтонских рыцарей (1242 г.) усилиями ратников, вчерашних землепашцев, преобладающих в его войсках после разгрома Батыем русского воинства. Народ окрестил эту битву «Ледовым побоищем» недаром: лучшего доказательства его отваги, сметливости, силы, умения сражаться не требуется. Наши лапотники разбили закованных в сталь всадников целого рыцарского ордена. Такова историческая правда. У моих современников несомненно были среди ратников родичи. Поэтому становится понятным, что двигало Суворовым, когда он воскликнул: «Мы русские, какой восторг!»

— В течение 300 лет Псков успешно отражал постоянные нападения ливонских рыцарей, так и не сумевших овладеть городом.

— В ходе Куликовской битвы (1380 г.) князь Дмитрий Донской одержал великую победу над огромным войском татарского хана Мамая, выступившего в союзе с литовским князем Ягайлом. Положение Руси даже 140 лет тому назад, во время нашествия Батыя, было менее опасным: его орда шла с Востока, но одновременно не было вторжений с Запада. Здесь же с Востока наступали войска Мамая, с Запада — Ягайла. Если бы русские не нанесли сокрушительного удара Мамаю, их атаковали бы с фронта и с тыла. Место битвы было выбрано так, что русские были прижаты к реке. Гений Дмитрия Донского не позволил соединиться войскам Мамая и Ягайла. Увы, в войсках Мамая была рать Олега Рязанского, изменника русскому воинству, а рати Твери и Новгорода отказались выйти на подмогу войскам Дмитрия Донского. Каждый участник этой великой битвы в наше время заслужил бы наивысшую награду, но наши предки стремились лишь победить неверных и отвоевать независимость Руси, перестать платить дань, пресечь набеги и угон в полон русских людей. Огромные потери в войсках Дмитрия Донского через пару лет сделали возможным неожиданное вероломное нападение хана Тохтамыша на Москву, во время которого она подверглась разграблению. Однако, в целом, в последующие годы татарское иго держалось лишь формально и окончательно рухнуло в 1480 г.

Не требуется лучших доказательств, что Русь оборонялась и строилась дружными усилиями созидателей из всех слоев населения. Но за 200 лет, когда Русь на пространствах почти всей теперешней Европейской России освободилась от татарского ига, католический мир не сумел защитить маленькое Иерусалимское королевство крестоносцев и отдал его арабам. Историкам этой эпохи надлежит углубить и расширить приведенные примеры и вытекающие из них выводы. Я же попытался проникнуть в стародавние времена и иным путем, ставя себя и знакомых бывалых людей, испытавших больше меня и познавших к тому же войну, в воображаемые, но вполне достоверные положения, в которых стрельцы, мои родичи по отцу, вынуждены были действовать. И тогда я многое понял.

Пятьдесят пять лет жизни в СССР были для меня тяжелой проверкой сил. Все, что пережили люди моего поколения под пыткой и на следствии в сталинских тюрьмах, а затем в лагерях и на пеших этапах, в шкуре заключенного, подсоветского солдата или власовца, дает богатый материал для сопоставления их поведения с поведением наших предков в вышеупомянутые далекие, но сходные по невзгодам и бесчеловечности времена.

Двадцатый век, к его стыду, допустимо сравнить с веком Батыя! Неверно искать объяснения верности, стойкости, смелости, мужества, терпения рядовых людей в боязни кары. На просторах Руси проживало тогда всего несколько миллионов человек, и не существовал в те времена вездесущий КГБ, а потому и не протянул к ним свои щупальца. Истинно благородного поведения и самопожертвования требовала от тогдашних людей суровая действительность. Оборона трещала бы и победа стала бы невозможной, если бы товарища бросили в беде, раненого оставили бы, а не тащили бы на себе, если бы не полагались на свои силы, смекалку, опыт. Исследование забытого поведения людей того времени помогает понять величие рядовых созидателей, которые отражали под началом своих воевод, а иногда и сами по себе, набеги, расширяли пределы страны, строили церкви, монастыри, посады, платили подати, исполняли повинности.

Какая же сила помогала тогда человеку переносить и преодолевать все тяготы суровой жизни? Несомненно то была крепкая вера в Бога, порождавшая смиренное желание быть стойким работником на ниве Божьей, т. е. защищать веру христианскую, Церкви, рубежи, жизнь близких. Иными словами, выполнять свои обязанности с охотой и хорошо, отчего возникала уверенность в своей правоте или, когда что-то было сделано не так, как следовало, беспокойство или недовольство собой. Без чувства правоты как следствия хорошо выполненных обязательств, своего долга, не объяснить, почему Русь на огромной территории смогла одна, без всякой помощи, и всего за 200 лет, освободиться от татарского ига, тогда как Европа отвоевывала у арабов юг Испании в течение восьми веков. И вдобавок к тому, так как считалось, что на территории Испании ведутся крестовые походы, ей помогали многие крестоносцы и рыцари из других стран. Так не было ли у рядового русского ратника столько же воинской доблести и душевного благородства, проявленного в самых суровых условиях, как и у рядового рыцаря? И неизвестно еще, как проявил бы себя рыцарь, действуя не за крепостными стенами замка, а на наших просторах, доведись ему нести дозорную службу на деревянной сторожевой вышке в мороз, вьюгу, непогоду. Перенес бы он длительные пешие переходы, да в качестве гонца совершаемые в одиночку, на громадные расстояния и постоянные схватки, стычки, сражения с дикими неверными кровожадными врагами?

В вышедших недавно в русской эмиграции чудесных книгах Волкова-Муромцева, Ларионова, С. Мамонтова, Баева с подкупающей простотой и правдивостью описывается военная страда героев Белого движения. Книги эти особенно ценны, так как написаны низшими чинами Белой армии, юнкерами или кадетами, т. е. теми, кто вывез сражения на своих плечах, часто на свой страх и риск, проявив сметливость, львиную отвагу и присутствие духа. И сквозь их шеренги я увидел воочию своих предков. От юнкеров бежали красные части Сорокина, Сиверса, Жлобы; от ратников Руси — орды кочевников и татар. Юнкера и кадеты окончили военные училища, воевали в регулярной армии под началом офицеров, подчинялись строгой дисциплине. Наши родичи не знали преимуществ военной жизни и передавали опыт вооруженной борьбы от отца к сыну, от старшего брата к младшему. Они овладевали копьем, бердышом, стрельбой из лука в ходе мелких столкновений; у них не было ни пушек, ни зарядных ящиков, ни походных кухонь; они воевали с пятнадцати лет до смерти или полного увечья. И руководствовались при этом стародавние рядовые созидатели чувством правоты.

Трудиться стародавним созидателям приходилось не за страх, а за совесть. Железная необходимость требовала осуществления этой старинной поговорки. В той обстановке отход от преодоления в данный момент главного сопротивления оборачивался изменой и предательством. Прямой честный путь преодоления сопротивления был единственным, и созидатели, от великого князя Московского до хлебопашца и ратника, в поте лица и с оружием в руках, строили, обороняли, кормили государство Российское. И все они действовали, не щадя живота своего, в боярской думе ли, в приказах ли. Боярские дети и отличившиеся на войне назначались военачальниками. Разрушителей в любом обличии ожидала крутая расправа, потачек им не давали. Библия, жития святых, творения Иоанна Златоуста охраняли души созидателей. Догматически строгая и неизменная Церковь не соблазняла прихожан новостями, способствующими возникновению сект. Уродливые наросты (хлысты, скопцы, жидовствующие, стригольники) — дань разрушительному началу в толще народной — появились много позднее. Были, естественно, в те времена срывы, измены, беды, порождаемые гордыней и беснованием духа, но не в современных масштабах.

Великое почтение вызывают стародавние монахи. На Руси были и молитвенники, и святые, и созерцатели, и затворники в скитах, но подавляющее большинство монахов работало, осваивало незаселенные земли, просвещало, обучало, создавало летописи. Жизнь способствовала рождению сознания своего права у созидателей по натуре, добросовестно исполняющих свои обязанности, — личного, семейного, имущественного. Ратник (вчерашний землепашец) был в своем праве, когда отнимал оружие у поверженного им врага. Боярин или стрелец под великим князем не смел заявить, что его дом — крепость, как говорят англичане, но на деле его дом был его домом и защищал он его как свою крепость. В борьбе с кочевниками и татарами наши родичи действовали на свой страх и риск: горстки вольных людей отражали дикие набеги на селения. Рабы никогда не смогли бы удержать огромные российские земли1. И не было в то время палочной дисциплины «немецких пудренных дружин» Фридриха Великого, ходивших в конце XVIII века строем в атаку и боявшихся своего капрала пуще врага. При сохранении единства народа из подобных ростков могло бы вырасти правовое сознание.

1 Крепостное право ввели лишь при Борисе Годунове в конце XVI в. В наиболее безобразной форме крепостничество выступило при Екатерине II в конце XVIII в.

3. Благородство духа есть крайнее проявление правоты в виде отваги, подвига, принесения в жертву своей жизни, защиты правого дела и ближнего в беде. В юности для меня мерилом благородства были идеальные рыцари. Но позже я увидел благородное начало, хоть и скрытое от глаз, у наших родичей, рядовых созидателей и оборонителей государства Российского. Своеобразное развитие России представляет собой изумительную лабораторию: в исключительно суровых условиях формировалось общество, движущей силой которого были созидатели, беспощадно подавлявшие разрушителей — смутьянов, трусов, предателей. Наша действительность не допускала картинного проявления благородства западных идеальных рыцарей. В свое время это было для меня причиной невеселых раздумий. Однако, пелена спала, когда я понял, что русская рать состояла не из князей и их холопов, Ивашек и Ермошек, а из вольных людей — ратников и военачальников.

Девиз западных рыцарей (Душа — Богу, жизнь — королю, сердце — даме, честь — мне самому) лишь частично был в ходу в России. До двух последних строк ее население не доросло, хотя понятие чести заменялось в те времена сознанием правоты. Суровая действительность требовала, чтобы за победы расплачивались стеснением личности, но при сознании правоты своего поведения. Привилегированное положение Западной Европы способствовало стремлению к личной свободе, увы, далеко не в чисто христианском смысле («истина сделает вас свободными»). Когда стремление к личной свободе воспринимается как персональная честь, легко поскользнуться. В погоне за такой свободой легко угодить в пасть гордыни — матери смертных грехов. Со свободой шутки плохи — все, что ей мешает, следует устранять. И поскольку главным препятствием на ее пути были заветы Христа и учение Церкви, западные разрушители начали борьбу за сокращение и умаление Ее влияния, а затем добрались и до Спасителя. Конечно, было множество благородных людей, гармонично сочетавших личное благородство с выполнением христианского вероучения Церкви. Но речь идет об общей тенденции на Западе, о лазейке, которой немедленно воспользовались разрушители.

Русский же человек считал волю Бога (Церковь) и государя обязательной, и смиренно относился к своим заслугам. В исполнении череды своих обязанностей рядовой созидатель обретал правоту своего поведения и образа жизни, которые благоприятно оценивались его окружением и теми, кому он обязан был подчиняться. Это состояние заменяло русскому человеку стремление западных людей к расширению узаконенных личных прав. В условиях почти непрерывных войн его поведение было наилучшей из предоставленных ему возможностей. Да и вся его жизнь вписывалась в исполнение благодатной полусвободы, направленной на обретение высшей свободы как жертвование своей жизнью «за други своя». Если бы не раскололось единство народа, быть бы России могучей, процветающей и счастливой.

Удобное географическое положение и относительно благоприятная история Западной Европы, ограждавшей как щит восточные границы в течение доброго тысячелетия, разрешили европейцам заниматься завоеванием персональных вольностей и свобод. От властей требовали уступок (или их вымогали) в виде прав человека независимо от вклада человека в общую жизнь народа. Благодаря этому каины-разрушители успешно предавались своей разрушительной деятельности уже в средние века, а с эпохи Возрождения они представляли собой уже внушительную силу, захватывая одну идейную позицию за другой. Таким образом, разрушители в Западной Европе были давно в благоприятном положении и распространяли заразу, подбираясь к власти. К тому же «щит» на востоке вызвал порчу нравов правителей Запада, у которых вошло в привычку вести себя вероломно.

По данным историка С. Соловьева с 1368 по 1893 г. Россия 329 лет из 525 вела войны. Продолжив этот расчет до 1918 г., включив в него годы Японской и Германской войн, заключим, что 60% от 550 лет Россия воевала и оборонялась. Созидатели земли русской собрали для нас, своих ничтожных потомков, великую империю и завещали нам дружбу сословий. Но все их походы, победы, завоевания, бедствия и страдания были уничтожены жадностью одних и безумием других ведущих созидателей, охвативших их в начале двадцатого века, и дьявольской работой бесов и каинов, для которых с 1860 г. создались благоприятные условия.

Западный мир разрушители отравляли в течение ряда веков. Ущерб был нанесен огромный, но одновременно прививка бациллы лжеучений сделала их менее опасными, чем тех, кто жил без прививки. Таким непривитым организмом оказался наш доверчивый и большей частью неграмотный народ, несущий па себе к тому же груз прошлых и настоящих обид. На непривитых людей с 1917 г. магически действовали слова «свобода», «буржуй», «кадет», превращая их в разрушителей всего, что вчера еще ими почиталось. А после 1917 г. крестьяне и многие горожане стали на путь разрушения права, законности, порядка. Чувство правоты исчезло, в стране царил хаос. Последствия нам, россиянам, известны.

Доблестное поведение афганского народа с его партизанами служит нам укором. В обстановке оккупации, чудовищного террора, непрерывного военного нападения и расправы с местным населением, при отсутствии своего национального правительства, каждый боец за освобождение Афганистана от советского ига руководствуется чувством правоты. Поступки, преисполненные правоты, оцениваются окружающими как достоинство и личная честь рядовых созидателей, охранителей своего отечества, которые воссияют в скрижалях истории. Наглядный пример афганцев поясняет мужественное поведение, основанное на правоте, наших отдаленных родичей при освобождении от татарского ига и становлении государства Российского.

4. Ведущие созидатели Российской империи конца XIX и начала XX веков не понимали опасности разрушительного начала и не только не боролись с ним, но даже его поддерживали (например, поощряли террористов!). Это было их непростительной ошибкой. Беда была и в том, что среди созидателей высшего сословия преобладали люди мягкие, благовоспитанные, по себе мерявшие разрушителей, что усугубляло положение. Когда разрушители не стеснялись призывать к цареубийству, к уничтожению топором бар, патриотам следовало предложить меры по решительному искоренению носителей разрушительной заразы. Защита отечества и народа от внутренних врагов к тому обязывала. Ведь Россию отстояли созидатели, сурово подавив разрушителей. Таков был наш исторический путь, и ему и надо было следовать. Он был необходим для достижения благоденствия населения империи, к которому в конце прошлого и в начале этого века Россия двигалась в сапогах-скороходах. Царь, Церковь, народ были созидателями. В этой триаде был смысл прошлого и будущего России. Природе бесов отвечало суровое подавление их деятельности. Только так можно было ее пресечь, ибо добрые слова от них отскакивали, как от стенки горох. А попавшим в их среду по ошибке должна была быть предоставлена возможность исправить свое поведение и стать уважаемыми созидателями.

В природе созидателей из различных пародов очень много общего. Различия определяются религией или господствующей идеологией, обычаями, национальными особенностями, уровнем развития, историческими традициями и видом сопротивления, которое им приходится преодолевать в ходе жизни.

Опыт стародавних русских созидателей, накопленный в крайне суровых условиях, может служить образцом (не зная о нем, афганцы действуют в том же русле) особенно для эпох налаживания и становления общества. Эти созидатели руководствовались сознанием своей правоты, которая совпадала с чувством собственного достоинства.

Завоевание личных прав вторично, и подчиняется первой задаче выработки сознания собственной правоты. Завоеванием личных прав можно заниматься лишь в мирное время и в условиях достаточно зрелого государственного устройства. Решение этой вторичной задачи должно усилить народ и не ослабить государства в целом.

Созидатель достигнет прочного правого сознания, когда произойдет слияние сознания правоты его поведения с правами, на которые он заслуженно претендует по закону. Например, если закон дает право на собрание, то сознание правоты подтверждает присутствие созидателя на собрании, где решаются вопросы революции в умах (гл. 15) или обсуждается защита от происков разрушителей. То же сознание правоты запретит созидателю присутствовать на собрании сатанистов, если только он не будет там как борец против нечисти лжеучения. Таким образом, правота разрешает пользоваться правом или от него отказаться.

Правота первична, право вторично. Только право, завоеванное с сознанием правоты, представляет собой нерушимое право человека и пользоваться им можно соответственно, сохраняя правоту своего поведения. Итак, право устанавливается посредством правоты, а правота преодолением сопротивления.

Правота в большой мере определяется заповедями Христа. Право вне правоты открывает путь разрушителям для достижения их целей.

Созидатели всех слоев населения, стремясь к общему единству, предел которого соборность, должны опираться на достижение каждым из них своей правоты.

5. В 1917 году народ России пошел на поводу сил, ввергнувших ее в кровавый хаос. Это произошло из-за резкой утери правоты в поведении подавляющего большинства людей в стране. Под игом коммунистов народ потерял все к тому времени немалые права, которыми располагал. Советский режим наложил на его жизнь тысячи ограничений посредством секретных инструкций, декретов, указов. Изданная при Сталине конституция была написана для обмана иностранцев. Обещанные в ней права остались только на бумаге. На деле имеет место вопиющее издевательство над народом и общий обман. Такое позорное положение стало возможным, поскольку народ все потерял и ничего не завоевал. А у народа нерушимое право лишь на то, что он отстоял в борьбе при своей правоте.

В 60-е гг. в СССР возникло правозащитное движение. Однако, правозащитники совершили ряд ошибок:

— Они совершенно не поняли, как может у народа образоваться его право;

— Они вообразили и, вероятно из тактических соображений (ибо не разобраться в столь простой механике конституции невозможно), что по конституции у народа имеются указанные в ней права и надо лишь не мешать их осуществлению. При этом они не учли, что при дарованном в виде подачки праве (наглый обман словесных формул охраняется зубами КГБ), а не завоеванном, приходится клянчить, в лучшем случае уговаривать, а не требовать;

— Они просили о соблюдении прав в тоталитарном государстве (!) вместо того, чтобы взывать о попранном достоинстве, неотъемлемом от личности человека;

— Они побоялись связаться с силами освобождения, существующими в народе, что свидетельствует об отсутствии стремления к правоте в их поведении.