Марксизм о пространстве и времени

1. Теория густот о пространстве и времени

Определения важнейших для данной проблемы величин изложены в Теории густот: перемещение (гл. 1), фактор скорости (гл. 1—3), пространство (гл. 3), время, движение (гл. 4), абсолютная и относительная истины (гл. 24, 4).

Вещи физического мира состоят из элементарных частиц, представляющих сложные образования и включающих исходные частицы. Следовательно, физический мир пребывает в пространстве.

Каждая частица физического мира и соответственно каждая густота обладают пространством и факторами скорости, которые создают единство времени. Таким образом, пространство и время входят в состав любой вещи (частицы, густоты), а вовсе не являются формой существования, как это утверждают марксисты. Для любой вещи пространство и время представляют ее органический состав, а не одежду, форму, внешние условия бытия.

2. Пространство и время — реальность, а не абстракция

Энгельс не затруднил себя поисками определений неизученных и загадочных величин пространства и времени и поспешно заключил: «Как будто время есть что-то иное, нежели совокупность часов, а пространство что-то иное, нежели совокупность кубических метров...»*.

Примитивность представлений Энгельса была на уровне заблуждений его века, и не это следует поставить ему в упрек. Непростительно, что на основе убогих знаний в области пространства и времени он приходит к следующему категорическому заключению: «Разумеется, обе эти формы (пространство и время. — Д. П.) существования материи без материи суть ничто, пустые представления, абстракции, существующие только в нашей голове»**. Энгельс исходит из фразы Гегеля: «Пространство и время наполнены материей***, хотя не ссылается на источник, из которого заимствовал. Но у Гегеля материя — реальное вещество физического мира, а не «чистое создание мысли и абстракция»****, как утверждает Энгельс. А раз так, пространство и время, по Энгельсу, — абстракции как формы существования абстрактной материи. И Энгельс настаивает: «Поэтому когда Негели***** говорит, что мы не знаем, что такое время, пространство, материя, движение, причина и действие, то он этим лишь утверждает, что мы при помощи своей головы сперва создаем себе абстракции... потому что они умственные, а не чувственные вещи, всякое же познание есть чувственное измерение»******.

Так из «реально существующих веществ******** Энгельс и Маркс абстрагировали свою материю. Окрестив ее «объективной реальностью» и изъяв из последней ряд важнейших величин, они наделили материю двумя совершенно невозможными свойствами. Вообще же многообразие свойств любой вещи позволяет произвести их абстракцию. Но какую абстракцию можно извлечь из пространства и времени, если известно только, что это совокупность кубических метров или часов? Абстрагирование — это мысленное отделение каких-то свойств или признаков предмета от самого предмета, но нельзя абстрагировать, если обобщающие свойства равны исходным. Поэтому нельзя обращаться с пространством и временем как с абстракциями.

* Ф. Энгельс. Диалектика природы. С. 187.
** Там же.
*** Гегель. Философия природы. М., 1934. Т. II. С. 67.
**** Ф. Энгельс. Анти-Дюринг. С. 358.
***** Карл В. Негели (1817—1891) — немецкий ботаник.
****** Ф. Энгельс. Диалектика природы. С. 187.
******* Там же.

Пространство и время нельзя рассматривать так же, как формы существования материи, так как это не вытекает ни из их реальных свойств, ни из абстрактных умозаключений. Пространство и время — реально существующие части каждой вещи.

3. Пространство и время не могут быть формами существования материи

Определение пространства и времени как форм существования материи обнаруживает несостоятельность марксизма. Форма не просто слово, а понятие, которое можно иметь о пространстве и времени при наличии достаточных знаний об их физической природе.

Из первого закона развития следует, что форма входит в единство как противоположность, борющаяся с содержанием. Кроме того, рассматриваемая форма должна отвечать ряду признаков: быть структурой, организацией, способом выражения содержания, внутренней связью элементов единства. Вещь, не удовлетворяющая этим требованиям, не является формой. Пространство и время входят в состав любой вещи в виде самостоятельных единств. Поэтому они не могут одновременно входить в вещь как ее форма, то есть как противоположности, борющиеся с содержанием вещи. Это противоречит физической природе пространства и времени, раскрытой в Теории густот. Пространство и время могут иногда входить в единства в виде самостоятельных противоположностей, но они никогда не входят в единство как форма. Поскольку абстрактная материя не вещь физического мира, а плод воображения марксистов, они вольны придавать ей любые формы, теряя при этом всякую связь с реальностью.

4. Марксизм не считает пространство и время материей

«Материя не превращается в пространство и время, равно как пространство и время не превращаются в материю; материя, определяя свойства пространства-времени, принципиально отлична от них»*. Из приведенной цитаты видно, что современный марксизм не считает пространство и время материей. Мы знаем, что марксистская материя должна отражать объективную реальность. Итак, пространство и время как нематерия ее не отражают, то есть, иначе говоря, не существуют в природе. Не абсурдно ли считать фикциями основные составляющие физического мира, его кардинальные параметры?

Кроме того, в марксистских определениях пространство и время резко отличаются от материи. Марксизм считает пространство и время «основными, коренными, всеобщими условиями всякого бытия, и [они] оказываются независимыми в своем существовании от смены каких-либо конкретных форм движущейся материи, они выступают абсолютными по своему характеру»**. «Пространство и время абсолютны в силу того, что они обладают всеобщим, непреложным, обязательным характером в отношении существования всех других форм движущейся материи»***. «В мире нет ничего, кроме движущейся материи, и движущаяся материя не может двигаться иначе как в пространстве и во времени»****. Но пространство и время, «абсолютные по своему характеру», обладающие «непреложным обязательным характером», вступают в явное противоречие с абстрактной, саморазвивающейся, куда-то движущейся материей. Из приведенных определений явствует, что пространство и время не обладают основным атрибутом марксистской материи — движением и другими ее свойствами, а потому материей не являются. Если же марксизм допускает в качестве объективной реальности, кроме своей материи, еще и нематериальные пространство и время, то он подписывает собственноручно отречение от материализма, в котором все должно быть материальным.

Поскольку торжественные заявления марксизма об абсолютности, всеобщности и т.п. пространства и времени опровергаются исследованиями микромира, марксизм вынужден был пойти на следующую уступку: «Пространство и время, будучи коренными, обязательными, непреложными и в этом смысле абсолютными формами существования движущейся материи, всегда и везде определены в своих конкретных свойствах движущейся материей, и, следовательно, с изменением состояния движущейся материи как своего содержания они также должны изменять свои свойства*****. Не следует удивляться обычному отсутствию логики у марксистов, которые опять вступают в противоречие со своими собственными утверждениями. Абсолютные формы исключают зависимость от движущейся материи.

* М. Н. Руткевич. Диалектический материализм... С. 89.
** В. И. Свидерский. Пространство и время. С. 64.
*** В. И. Свидерский. Некоторые вопросы диалектики изменения и развития. М., 1965.
****В. И. Свидерский. Пространство и время. С. 48.
***** В.И. Свидерский. Пространство и время. С. 76.

5. Из марксистских определений материи явствует, что движение — фикция

Поскольку марксисты не считают пространство и время материей, то движение как их единство тоже нематериально. По марксистскому определению, материя — объективная реальность, следовательно, движение, которое нематериально, не является объективной реальностью, иначе говоря, не существует в природе. Превращение реального движения в фикцию скандально.

Абстракции должны отвечать вещам, то есть реальному миру. Абстракции марксистов остаются в их головах, поэтому они приписывают своей материи фантастические атрибуты, обнаруживающие их шарлатанство.

6. Современный марксизм об абсолютности пространства и времени

До открытия Эйнштейна и Лоренца пространство и время считались абсолютными, то есть подчиняющимися преобразованиям Галилея. В силу этого марксизм признал абсолютность пространства и времени и в его определениях этих понятий появились следующие эпитеты: абсолютные, коренные, всеобщие, непреложные, обязательные...

Теория относительности нанесла абсолютности пространства и времени сокрушительный удар. Поэтому современные марксисты вынуждены были в связи с прогрессом науки пойти на уступки и объявить, что пространство и время кроме абсолютности обладают еще и относительностью в виде их зависимости как форм от материального содержания*. Но вещи из любого материала в ракете испытывают Лоренцево сокращение и относительность времени, и все разговоры об абсолютности пространства и времени представляют собой недомыслие.

«Признание относительности пространства и времени означает признание зависимости конкретной природы пространства и времени как форм от движущейся материи как их содержания»**. «Относительность пространства и времени выражается в зависимости их природы, сущности и конкретных свойств (как форм бытия движущейся материи) от различных видов и состояний движущейся материи»***. В приведенных цитатах важно обратить внимание на признание марксизмом относительности пространства и времени.

Но относительность пространства и времени исключает их абсолютность. Поскольку в XX веке невозможно оставаться на уровне ньютоновских представлений о пространстве и времени, не вступив в конфликт с теорией относительности, современный марксизм всячески лавирует, вместо того чтобы отказаться от утверждения об абсолютности пространства и времени. Тезис о зависимости пространства и времени от движущейся материи свидетельствует о полном непонимании природы этих величин идеологами-марксистами. Пространство и время имеют место там, где частицы обладают структурой и факторами скорости (гл. 3—4). При любом виде движения природа времени одна и та же. Относительность времени появляется при наличии переносной скорости и, конечно, при неизменной природе времени.

* Там же. С. 64 и 76. См. также: В. И. Свидерский. Некоторые вопросы диалектики изменения и развития. С. 54.
**В. И. Свидерский. Пространство и время. С. 64.
*** В. И. Свидерский. Некоторые вопросы диалектики изменения и развития. С. 54.

7. Советские марксисты о пространстве и времени как формах существования материи

Современные марксисты продолжают отстаивать заблуждения основоположников своей доктрины и считают пространство и время формами существования материи. Советский профессор Свидерский исходит, видимо, в цитированном выше утверждении* из первого закона развития, рассматривая форму и содержание в единстве как борющиеся противоположности. Однако он допускает две ошибки: 1) пространство и время не могут быть формами; 2) одно единство не может иметь две формы, которые борются с одним содержанием.

Одна форма при одном содержании может участвовать в различных единствах. Например, единство человек в одежде (человек — содержание, одежда — форма) может образовывать другие единства: человек в одежде и солнце (человек в одежде борется против лучей солнца; одежда его предохраняет), человек в одежде и дождь (одежда предохраняет человека от капель дождя), человек в одежде и ветер... Но невозможно, чтобы единство при одном содержании обладало двумя формами. Одна из двух форм обязательно станет содержанием другой формы. Например, в живой клетке формой будет оболочка, а содержанием — протоплазма, ядро. Эта же клетка в сердце человека является содержанием сердца, а его формой будет перикард (внешняя оболочка). Но сердце с перикардом становится содержанием тела, форма которого — кожа. В свою очередь, тело образует единство с одеждой и т.п.

Если бы пространство и время были формами при одном содержании, то одна из этих форм стала бы содержанием другой формы: пространство стало бы содержанием времени или время — содержанием пространства. Но это противоречит природе пространства и времени.

Следует отметить, что марксисты обычно редко рассматривают пространство и время («формы») и материю («содержание») как борющиеся противоположности. Они подходят более примитивно к «формам существования материи» (то есть к пространству и времени) и относятся к ним, как к чемоданам для хранения материи. Но для хранения материального нужны материальные чемоданы с дном, стенками, крышкой из частиц физического мира, а не пространство и время, которые марксизм считает нематериальными формами. Нелепость утверждения марксистов очевидна.

* В. И. Свидерский. Пространство и время. С. 64.

8. Марксизм исходит из вечности и бесконечности в объяснении физического мира

Атеистическая доктрина марксизма в объяснении создания мира, как ни странно, признает вечность, являющуюся свойством Бога, и полностью непознаваемую бесконечность. Тезис о бесконечности пространства и вечности физического мира помогал марксистам уйти от ответов на вопросы этой животрепещущей темы.

Тот, кто занимается познанием мира, не должен в своих доказательствах ссылаться на вечность Бога. Вечность и бесконечность загадочны, не изучены и должны быть предметом исследования талантливых и гениальных ученых. Стремление объяснить явления посредством этих понятий говорит о бессилии марксизма. Основываясь на идеях вечности и бесконечности, марксизм сужает область познания и скрывается от ответов на вопросы об образовании физического мира, причинах движения материи и прочем за псевдонаучными фразами типа: «Всякое истинное познание природы есть познание вечного, бесконечного, и потому оно по существу абсолютно», «находим и констатируем бесконечное в конечном, вечное — в преходящем»*. Подлинные науки, напротив, в подавляющем большинстве случаев изучают конечные и временные явления. Кроме того, приближение к абсолютной истине возможно через ряд относительных истин, расширяющих горизонты знаний. Поэтому для достижения познания, которое по существу абсолютно**, наука обычно пользуется методом последовательных приближений, и конечные выводы венчают годы поисков.

«Непостижимость бесконечного. Когда мы говорим, что материя и движение не сотворены и не уничтожимы, то мы говорим, что мир существует как бесконечный прогресс, то есть в форме дурной бесконечности; и тем самым мы поняли в этом процессе все, что нужно здесь понять***. Дурной бесконечности не подчиняется ни одно явление в природе, поэтому ошибочна построенная на ней космология Ламберта—Шарлье, представляющая бесконечное многоступенчатое образование мира из все более и более громадных звездных систем.

* Ф. Энгельс. Диалектика природы. С. 185—186.
** Там же. С. 186.
*** Там же. С. 188.

Она не объясняет явления красного смещения Хаббла и считает, что средняя плотность вещества в пространстве равна нулю*.

* Релятивистская космология, созданная Эйнштейном, Эддингтоном, Фридманом, де Ситтером, Джинсом, Гамовым, Леметром и другими физиками и математиками, доказала конечность физического мира в пространстве и во времени (идея расширяющейся вселенной). Релятивистская космология, основанная на общей теории относительности, блестяще объясняет явление красного смещения и искривления пространства, определяет конечную среднюю плотность вещества в пространстве физического мира.
Советские марксисты считают выводы релятивистов метафизикой и поповщиной. Они позволяют себе абсурдные замечания о том, что новая космология — «необоснованная экстраполяция», «несовместимая с материалистическим пониманием», не связанная с уравнением поля Эйнштейна и т.д. По мнению современных марксистов, релятивисты нарушают основной принцип диалектического материализма, когда переносят пространственно-временной континуум макромира на космос, так как тем самым отрывают пространство и время от материи и экстраполируют частное на общее (частные свойства материи на всю вселенную). Советские философы считают, что методами естествознания невозможно доказать конечность и бесконечность материального мира в пространстве и во времени и рекомендуют отказаться от разработки теории мироздания, ибо нельзя познать мир как целое (В. И. Свидерский. Пространство и время. С. 156—161). Доводы марксистов легко опровергнуть:
— Релятивистская космология в пределах физического мира, где действуют гравитационные поля, действительна для вещей, обладающих массой покоя.
— Универсальные законы физического мира открыты на одном из его участков: Земля — Солнечная система. Они действуют в любой точке физического мира. Если эти законы неприменимы, то речь идет о другом мире с другими законами. Не следует называть экстраполяцией строгое применение универсальных законов в пределах физического мира, благодаря которым стали возможны спектральный анализ для изучения звезд, методы для определения возраста звезд, расположенных на огромном расстоянии от земли, и т.п.
Впрочем, марксисты забывают о запрете экстраполяции, когда им нужно доказать единство мира, и приходят к следующему утверждению: «Во всех доступных нам уголках вселенной мы обнаруживаем, если совпадают условия, те же самые виды материи, те же физико-химические формы движения и действие тех же самых законов» (М. Н. Руткевич. Диалектический материализм... С. 123).

9. Современный марксизм вынужден был отказаться от бесконечности пространства и вечности физического мира

Советский философ Свидерский отказывается от бесконечности пространства и времени, стремясь вывести свою доктрину из тупика: «Таким образом, если мы обратимся к рассмотрению пространства и времени с позиций диалектического материализма, то неизбежно придем к выводу, что ни одна из "конкретных пространственно-временных структур не обладает и не может обладать реально неограниченным значением", — дурной бесконечностью». «Нужно признать ограниченность конкретных свойств пространства и времени, так же как и конкретных свойств движущейся материи». «Эта непоследовательность выражается в том, что целый ряд советских ученых... в то же время пытаются обосновать бесконечность вселенной на основе представлений об иерархическом многоступенчатом распределении бесконечного числа гравитационных масс... Тем самым делается попытка физическими методами обосновать бесконечность материального мира в пространстве и во времени». «Таким образом, метафизические представления бесконечности пространства и времени в плане дурной бесконечности нужно отбросить как ненаучные»*. Из приведенных цитат следует, что Свидерский отказался от бесконечности пространства и вечности физического мира.

Теория густот доказывает, что каждое пространство обязательно ограничено оболочкой из частиц и вещей своего мира. В силу этого пространство физического мира не может быть бесконечным.

* В. И. Свидерский. Пространство и время. С. 158—169.