«Роза мира» Даниила Андреева

В. Ч.: Вы знали лично Даниила Андреева?* Д. П.: Нет. Он умер в пятьдесят девятом году. В. Ч.: А что за рукопись Вы читали? Д. П.: «Роза мира». Ее и Агурский читал. В. Ч.: Это он написал о нем статью?

Д. П.: Он. После этого я раскрыл рот. Решил написать А. Д. в своей рукописи. Теперь можно раскрыть инициалы.

* Беседа с Владимиром Чернявским.

Даниил Андреев — Данте XX века. Он спускался во все этажи чистилища, ада и поднимался на некоторые райские этажи. Его Вергилием был поэт Александр Блок. Книга блестящая. Я рассматривал ее глубже, чем литературное произведение. Я старался понять, насколько она отвечает его замыслам. Действительно ли он проверил все, истинность всего этого. Он описывает отдельные этажи чистилища. Читаю: я видел, я слышал, я спускался, мне это показывали. Мистика. У него озарения. Словарь неведомых нам слов. Языковед, занимающийся сравнительной лингвистикой, может судить, откуда он их взял. Д. Андреев не лингвист. Он учитель географии, занимался оформительством.

Нижний этаж у него: фиолетовое море. Диавол в виде крылатого существа. Когда он подымает черные крылья, на море начинает будто бирюза играть. Только два человека сумели выдержать его взгляд. Один из них — Торквемада. В книге отдельная глава: Сталин как неудавшийся антихрист. Даниил Андреев говорит: Я — поэт. Научно с меня не спрашивайте. Я слышал, я видел. Я — вестник. У меня могут быть аберрации. Не ручаюсь, что все, что сообщаю, так.

Многие вещи для нашего восприятия не уловишь. Чудовище Уицраор в человеческом обществе. Где он взял это слово? Он не был ни в Мексике, нигде. Каждый слой назван у него причудливым и вместе с тем звучным словом.

В тюремной камере он отворачивался к стене, впадал в транс и видел. Он был осужден на двадцать пять лет и вышел с пороком сердца. Посадили за его роман. Люди слушали этот роман. И всех, кто слушал, взяли — при Сталине это было — и дали по двадцать пять и по десять лет. На шарашке у нас был один парень, который с Даниилом Андреевым сидел. Второй зек с шарашки, тот, кто мне дал позже рукопись и от которого я узнал все подробности, был художник Кондрашёв из «Круга первого»; настоящая его фамилия Ивашов-Мусатов.

У Даниила Андреева в чистилище остров как бы выжжен. Вершины гор все наклонены в одну сторону. Никого нет. Один только человек на этом острове. По свечению можно узнать, что он там. Он молится все время. Это — Иуда. Он поднялся с нижнего этажа до верхнего этажа чистилища. Страшно интересно. Какое воображение надо иметь, чтобы все это придумать.

В. Ч.: Недаром людям, видевшим Данте, казалось, что его лицо опалено адским пламенем.

Д. П.: И Даниил Андреев это повторяет. Блестящая глава у него о Блоке. Он не вылезает из адских слоев. Он — ложный вестник. Северная незнакомка. Это все — диавольщина. Блок должен был дать высокие представления, но он снизился, погряз в демонизме.

Каждый художник, если он сделал греховную вещь, потом дорабатывает свой образ. Сервантес, к примеру, довольно низко пал. Видимо, не надо было рыцарство низводить.