Реалист кажущийся и настоящий

«...вы — крайние реалисты... Вы — исключительные реалисты...» (с. 42). Солженицын предлагает «диалог на основании реализма» (с. 45), сам остается «в рамках жестокого реализма» (с. 46), требует, чтобы другие предложили «выход»... «вполне реальный, с ясными путями» (с. 5).

В XX веке широкое хождение получили слова «реалист» и «реальный политик». Большинство людей относится одобрительно к «реалистам» и считает неизбежным их принцип: с волками жить — по-волчьи выть.

Но таким реализмом хвалиться не приходится. «Реальные политики» вошли в компромисс с совестью, стали договариваться с заведомыми подлецами и довели мир до теперешнего состояния. Подобные «реалисты» — наследие вчерашнего дня. Их неизбежно заменят люди благородного образа мыслей, отличающиеся прямотой поведения. Будущее за настоящими рыцарями духа!

К аморальным людям и их организациям следует относиться с подлинным реализмом: подвергать их бойкоту, отказываться вести с ними переговоры, предъявлять им ультиматум, вместо того, чтобы идти на уступки. С «вождями» можно подписывать договоры только тогда, когда обеспечен надежный контроль за их исполнением.

Реализм должен быть творческим, как у инженера-конструктора, который начинает с листа чистой бумаги и кончает созданием машины. Самая низшая форма реализма: признавать лишь то, что можно пощупать руками. Факт существования режима налицо, но следует разглядеть силы внутри страны, которые могут устранить режим. «Реалист» Солженицын отбрасывает эту возможность, ибо отрицает революционную борьбу с «вождями».

Солженицын считает свое письмо реальным, потому что для него класс партийных бюрократов олицетворяет всю страну. Но такая реальность называется капитуляцией или соглашательством через голову народа и вопреки его коренным интересам.