О Гуманистическом Манифесте — II

* Голос Зарубежья, 1977. № 6. — Здесь и далее в этой статье примечания автора.

В прошлом году на русском языке вышел сборник «СССР — демократические альтернативы» (Изд. Ахберг, Зап. Германия) под редакцией В. Белоцерковского, одного из новых московских эмигрантов, величающего себя представителем «новых левых». В разделе «Документы» помещен «Гуманистический Манифест — И», составленный двумя редакторами американского журнала «Гуманист» в 1973 году. Подписавшие этот документ** заявили «о своем одобрении Гуманистического манифеста — II для будущего человечества» и «пригласили» «людей из всех стран мира присоединиться (к ним) для дальнейшего развития провозглашенных целей».

Каковы же эти цели?

1. «Мы, однако, полагаем, что традиционные догматические или авторитарные религии, которые ставят откровение, Бога, обряд или саму веру выше человеческих нужд и опыта, оказывают плохую услугу людям».

«Как для людей нерелигиозных, для нас на первом месте стоит человек, а не Бог, природа, а не божество».
Удивительно, как новоявленные гуманисты не стесняются обнародовать свою отсталость в эпоху, когда открытия науки и события доказали крушение лженаучных доктрин.

— Порабощение более миллиарда людей и их гигантское истребление коммунистическими режимами*** доказали, что доктрина, отрицающая Бога, враждебна человеку. Враги Бога оказались врагами людей.

Предтечей марксистов были гуманисты**** прошлых столетий. В результате Ленин, которого в 1970 году ООН чествовала как величайшего гуманиста, провозгласил в 1917 году в России безбожное светлое будущее, которое так дорого обходится человечеству.

** Манифест подписало 300 человек.
*** В СССР погибло более 80 миллионов человек; в Китае едва ли будет точно установлено число погибших.
**** «Гуманисты» не в смысле гуманности, а в смысле вытеснения Бога из центра сознания и замены его человеком.

— Христианство (я полагаю, что авторы Манифеста имеют его в виду, говоря о «догматических и авторитарных религиях») предопределило человеческое достоинство, гражданские свободы, высшие формы управления и государственности, уважение женщины и даже служение ей.

Восхваление Ленина, Сталина, Мао сопровождалось как бы массовым принесением жертв. Безбожие узаконило культ кровожадных тиранов и поклонение их трупам. Воистину, «плохую услугу людям» могут оказать современные гуманисты, ратующие за увековечение безбожных форм управления.

— Массовое распространение атеизма привело к катастрофическому падению нравов. В течение веков осмеивалось понятие чести и благородства. Это привело к тому, что элементарная честность перестала считаться добродетелью, и само слово «честность» вышло из употребления. Все более и более воцаряются змеиные нравы, в основе которых интриги, клевета, продажность, лживость. Так расплачивается человечество за изгнание Откровений, Бога, обрядов и веры, отрицаемых авторами Манифеста.

2. «Любая оценка или объяснение природы должны пройти испытание на научную достоверность. На наш взгляд, догмы и мифы традиционных религий испытания не выдерживают».

Вселенная — лаборатория Бога. Его мысли в виде Божественных откровений и творческие решения, воплощенные в вещах физического мира, не противоречат друг другу. Новые гуманисты остались на уровне своих родоначальников, для которых мир состоял из осязаемых предметов, а все остальное провозглашалось суеверием. Современная наука далеко ушла вперед, и физика XX века в состоянии объяснить многое в странном поведении частиц в микромире, благодаря величайшим открытиям Планка, Эйнштейна, Гейзенберга, признававших наличие Творца*.

* Не случайно лауреат Нобелевской премии мира, известный советский физик академик А. Сахаров подписал Манифест, оговорив особо неправиль¬ность противопоставления религии и научного знания и не считая такое противопоставление актуальным.

Парапсихические явления в наше время не вызывают больше сомнений у специалистов и говорят об огромных возможностях души человека и о способности, правда, пока избранных, к изумительным достижениям, подтверждающим положения религии.

3. «Мы не находим достаточных оснований и свидетельств для веры в сверхъестественное. Это либо бессмысленно, либо никакого отношения к вопросу выживания и самовыражения человеческой расы не имеет».

Элементарные сведения из области истории и археологии доступнее точных наук и по зубам новым гуманистам, большинство которых — преподаватели гуманитарных дисциплин, журналисты, экономисты... Поэтому я позволю себе напомнить авторам Манифеста, что и история, и археология с поразительным однообразием повествуют о том, что у всех народов различных эпох, рас, континентов молодость и зрелость связаны с зарождением и расцветом религии, а старость — с ослаблением и вырождением религиозных чувств.

Широкое распространение идей гуманистов в наше время свидетельствует о том, что процесс распада Запада зашел достаточно далеко.

4. «Природа может, действительно, быть шире и глубже, чем мы о ней в настоящее время знаем, однако любые новые открытия только увеличат наши знания о ней».

Следует приветствовать такое утверждение авторов Манифеста, которые открывают себе дорогу к прозрению. Наше познание природы стремительно увеличивается, благодаря новым открытиям, которые неизбежно опровергают постулаты безбожия и выросший из них гуманизм. Ошибки и просчеты безбожия уже давно переоценены наукой, но я напоминаю некоторые нелепости прошлого.

— Возможность возникновения жизни и человека в результате вереницы бессмысленных, никем не управляемых, случайных столкновений частиц сведена к нулю теорией вероятности и расчетами предбиологии. Доказано, что для образования одной молекулы белка потребовалось бы участие всех элементарных частиц вселенной, если они при этом занимались бы только этой задачей, и время, во много раз превышающее время существования физического мира.

— В вопросе возникновения вселенной безбожники прячутся за слово «вечность». Это свойство Бога превращается в атрибут материи, которая участвует в вечном движении, хотя первое и второе начала термодинамики отрицают наличие вечного двигателя. Как в сказке, все получается само собой, в надежде на случай. Путь глубокого проникновения в природу вещей, поиски, пытливость ума, исследования становятся бессмысленными по логике безбожия.

— Ставка на борьбу за существование и естественный отбор как на движущие силы эволюции потрясает несообразностью. Силы уничтожения не могут обладать творческими способностями. Передача благоприобретенных признаков по наследству оказалась невозможной, и дарвинизм лопнул как мыльный пузырь. На основе данных генетики становится возможным доказать, что эволюция живых существ вплоть до человека могла быть выполнена только посредством творческих мутаций, требующих вмешательства Бога.

5. «Некоторые гуманисты полагают, что следует заново интерпретировать традиционные религии и придать им смысл, соответствующий сегодняшним условиям... такие переоценки... легко становятся обскурантистскими, сковывающими свободу интеллекта».

Интерпретировать религии действительно не следует, и не только некоторым гуманистам, но и всем, кто в силу собственного обскурантизма не избавился от упорной проповеди безбожия. Поэтому:

— У гуманистов-безбожников отсутствие Бога, души, трансфизических явлений стало догмой, и любые поиски в этой области излишни. Отсюда их карикатурное объяснение мира и человека, граничащее с мракобесием. Свобода интеллекта у безбожников проявляется в выискивании неувязок в текстах Священного Писания и в насмешках по примеру семинаристов-недоучек и попов-расстриг.

— В СССР, стране насильственно организованного безбожия, теория относительности, кибернетика, парапсихология, квантовая механика, генетика и многие другие науки долгое время рассматривались как порождение буржуазного мышления и высмеивались.

Почти 30 лет процветал в науке шарлатан академик Лысенко, например, утверждавший, что из семян брюквы может вырасти морковь. Почти все ученые и генетики, препятствовавшие подобному вздору, были ликвидированы. По неполным данным, за 60 лет господства коммунистов было уничтожено более 30 000 ученых, среди которых было немало молодых, подающих надежды.

Можно было бы привести еще немало подобных фактов. Не они ли свидетельствуют об обскурантизме и не с ними ли надо бороться?

Похоже на то, что гуманизм застыл на взглядах эпохи Эразма Роттердамского. Хотелось бы иметь и новую «Похвалу глупости», на сей раз марксизма и безбожия и их питательной среды — гуманизма.

Религия, напротив, не сковывает, а поощряет все исследования. Современные философы изучают доступные проявления Бога! Христианская Церковь за 2000 лет существования только дважды воспротивилась научным открытиям, выступив против Коперника и Галилея. Но их открытия настолько перевернули повседневные и научные представления средневековых людей, что Церковь восприняла их как посягательство на религиозные взгляды. Однако Коперник продолжал быть настоятелем собора, и Галилей, несмотря на гонения Церкви, дожил до глубокой старости и опубликовал свои труды.

6. «Традиционные религии часто предлагают людям утешение, но часто и сдерживают людей от помощи самим себе или полного использования своих возможностей. Их инструменты, вероучения и обряды часто подавляют в людях и стремление служить ближним... Нам следует не отвергать научные методы... (для создания)... нравственных ценностей».

В вопросах морали следует быть предельно вдумчивым и осторожным. Помогать самим себе, полностью использовать свои возможности, не подавлять в себе стремление служить ближним — двусмысленные формулы, удобные для оправдания любого аморализма. Новые гуманисты не далеко ушли от коммунистов, для которых морально все, что служит их целям.

Таким образом, дезертирство во время войны становится оправданным. Трус «помогает себе», уйдя из зоны, где может быть убит или ранен, и тем самым сохраняет способность «полностью использовать свои возможности». Он даже объявляет себя пацифистом во имя служения ближним.

Террорист, стреляющий из-за угла в полицейского или убивающий заложников, чтобы освободить из тюрьмы членов своей шайки, помогает своим, используя свои возможности во имя служения ближним.

Установки гуманистов выросли из категорического императива Канта. Немецкий философ за свою долгую жизнь ни разу не удалился от Кенигсберга больше чем на семь километров. Его размеренная жизнь стала притчей во языцех, и жители проверяли часы, когда он появлялся. В таких благополучных условиях максимальным категорическим императивом может быть, например, сдерживание гнева, если у кухарки подгорело жаркое. Но категорические императивы не выдерживают экзамена в тяжелых, непосильных условиях, так как ум в это время не заботится о морали, а, наоборот, советует идти на преступление во имя спасения своей жизни.

В XX веке тысячи мыслящих людей были брошены каннибалами в мясорубку. В сталинских лагерях заключенных убивали непосильной работой, голодом, морозом, недостатком сна. В этих условиях сознание человека выискивало любые оправдания подлости и низости, толкая людей на воровство, измену, предательство, даже в отношении ближних. Бывшие человеческие существа карабкались по трупам.

Иным было поведение людей крепкой веры. Заповеди вероучения, требующие абсолютного подчинения, заменяли им кан-товские императивы, установки гуманистов и коммунистов. Вера прекращала блудливое метание ума, успокаивала душу, помогала клеточкам тела более экономно расходовать свою энергию. Конечно, и они погибали, но достойно, мужественно, спокойно.

Безбожники, которые вели себя достойно, пламенно верили в земные кумиры, заменявшие им Бога, или обладали исключительной волей к протесту. Правда, вера в кумиров часто сменялась разочарованием, так как земные ценности не идеальны.

Вера в Бога создает подлинный этический контроль внутри и вне человека и помогает ему в любой обстановке. Религия сдерживает людей, объявляя низменные поступки грехом и преступлением.
Поскольку мораль определяет судьбы человечества, следует остановиться на некоторых положениях:

— Мораль должна исходить от Бога и быть воспринята как непреложный закон. К ней нельзя применять земные мерки.

Нравственность не должна определяться рассудком, который под давлением страждущей плоти оправдывает любые сделки с совестью.

— Мораль во имя будущего человечества — диавольское изобретение, которое разрешает истребление миллионов людей во имя мнимого счастья их потомков.

— Изгнание понятия греха превращает жизнь в зверинец.

— Нравственные ценности не могут быть созданы научным способом. Догмат Церкви о добрых делах указывает человеку правильный путь в жизни.

7. «Слишком часто традиционные религии поощряют зависимость, нежели независимость, повиновение, нежели самоутверждение, страх, нежели мужество».

— Зависимость от воли Бога — великое благо и обеспечивает достижение высоких форм свободы без нарушения независимости других людей. Подчинение человека законам, отвечающим христианскому вероучению, создает основы мудрой государственности. Христианство способствовало созданию самых совершенных форм правления, безбожие породило террористические диктатуры. Следует приветствовать зависимость, приводящую к свободе, а не к рабству.

— Повиновение Богу и Церкви, а не деспоту и диктатуре спасительно. Такое повиновение рождает высокий дух, достоинство, честь, благородные поступки... Безбожное самоутверждение личности питает эгоцентризм и эгоизм, приводящие к рабскому подчинению насилию. Самоутверждение личности верующего происходит благодаря самоусовершенствованию, молитве, смирению своих страстей, служению ближним.

— На протяжении столетий доказаны мужество и отвага верующих доблестных героев войн и восстаний, отстаивающих свободу, независимость и самостоятельность своих народов.

Могучая вера в Бога, твердая как камень, лишает человека страха, и он добровольно принимает лютые муки. О вероучении следует судить по рядовым и лучшим его носителям, а не по худшим.

Организованное массовое безбожие сеет разъединение и ослабляет человека, поэтому служит порабощению народов*.

* Волнения и забастовки в СССР отражают стихийный взрыв населения, доведенного до крайности.

8. «Мы не видим каких-либо признаков божественной цели и смысла в жизни человеческих существ... Никакое божество нас не спасет. Мы сами должны себя спасти».

Бог внес величайший смысл в жизнь верующего. Он поставил сложный эксперимент, создав человека, плоть которого принадлежит физическому, а душа — трансфизическому миру. В Божественных откровениях даны цель и смысл жизни: завоевание Царства Божия на земле и спасение души. Трудности, опасности, соблазны мешают этой задаче и требуют большого напряжения сил. Человек наделен разумом и свободной волей, чтобы выбрать свой путь в жизни.

Можно только по-братски пожалеть гуманистов, не понимающих Божественной цели в жизни человека. Проклятье безбожия как раз в бессмысленности и бесцельности существования: жить, страдать, жертвовать собой не для чего — смерть все сметает.

Не перепев ли строки «Интернационала» («Добьемся мы освобожденья своею собственной рукой») в призыве гуманистов об обязательном самоспасении? Опыт показал, что подобные призывы заканчиваются рабством народов. Бог, отвергающий тиранию, мучителей, террор, опасен для тех, кто прибегает к преступным средствам. Гуманистам следует как можно скорее отдать себе в этом отчет и выйти из числа разносчиков бедствий.

Люди не марионетки, и Бог не дергает их за ниточки, Он спасает нас вразумлением, предупреждением, знаменательным сочетанием фактов, благодаря нашей молитве или по Своему Промыслу. Но Он никогда не насилует воли людей. Каждый человек вправе спасти себя и других, и хорошо, если при этом его душа открыта восприятию Бога.

9. «Обещание бессмертия в потусторонней жизни, как и страх вечного проклятия иллюзорны и вредны. Они отвлекают людей от забот и нужд сегодняшнего дня, от самовыражения, от борьбы с социальной несправедливостью».

Манифест новых гуманистов не оставляет тени сомнения, что гуманизм — не «культ всего человеческого» (Ренан) и не «доктрина, конечная цель которой человеческая личность и ее расцвет» (словарь «Пети Робер»). Приведенные определения отражают неосуществленные устремления подлинных гуманистов. Их трагедия в том, что они противопоставили Богу человека и, возвеличивая его, способствовали гибели личности. Непризнание Бога привело к отрицанию души и бессмертия. На помощь гуманистам пришел дарвинизм, «объяснивший» происхождение человека от обезьяны, позитивизм и марксизм с его определением человека как куска «высокоорганизованной материи».

Для последователей этих измов человек, созданный по образу и подобию Бога, исчез. Носитель бессмертной души, дающей достоинство, свободу и неприкосновенность, стал существом, с которым можно не считаться. Поэтому возможным стало уничтожение миллионов людей, которые по логике безбожия отличаются от скота лишь умением думать. А чтобы сохранить свою жизнь, думать следует, только как повелевает начальство.

Вредят ли обещание бессмертия в потусторонней жизни и страх вечного проклятия? Отвлекают ли они от забот и нужд, от борьбы с социальной несправедливостью?

Опыт истории и повседневные факты жизни учат, что забота о спасении души исправляет, облагораживает, смягчает верующих. Соответственно сокращается количество пороков и низостей, ведущих к преступлениям. Заповеди вероучения требуют для спасения души достойного поведения в жизни:

— выполнения долга перед родными и близкими, обществом и государством;

— осознания себя гражданином и созидателем жизни;

— борьбы за правду, справедливость, свободу;

— отпора насильникам, террористам, поработителям.

Во имя борьбы с социальной несправедливостью, за которую так ратуют новые гуманисты, следует подвергать сокрушительной критике безбожные установки и в этом вопросе быть бескомпромиссными.

10. «Современная наука отвергает историческую концепцию «духа» в «машине» и идею об «отделении души». Она утверждает, что человек появился в результате эволюции сил природы. Насколько нам известно, личность в целом — это функция биоорганизма, проявляющего себя в социальном и культурном контексте. Достоверные доказательства того, что жизнь продолжается после смерти тела, отсутствуют».

Вопреки этим утверждениям современная наука располагает другими данными:

— Русский физик Н. И. Кобозев доказал, что на молекулярном уровне (в мозгу) логическое мышление невозможно без особого аппарата, который не должен состоять из физических частиц*. Тем самым он подтвердил необходимость души и духа.

* Н. И. Кобозев. Исследование в области термодинамики процессов информации и мышления. Изд. Московского университета, 1971.

— Душа представляет аппарат, в котором сигналы внешнего мира трансформируются в ощущения*.

— Некоторые силы физического мира могут воздействовать на образование из трансфизических частиц только тогда, когда они соединены друг с другом, согласно механизму связи души с мозгом. При нарушении этой связи наступает смерть, и силы физического мира не способны повлиять на душу и, следовательно, ее разрушить. Поэтому смерть телесной оболочки приводит лишь к высвобождению души**.

* См.: Теория густот. Гл. 22 (т. 2).
**Там же.

— Психологические понятия и парапсихические явления основаны на наличии души у человека, иначе они необъяснимы. Несмотря на возросший объем сведений, знаний, открытий и именно благодаря им, современная наука и передовая философская мысль подтверждают наличие души и ее бессмертие. Кроме того, в науке нет достоверных доказательств отсутствия продолжения жизни души после смерти, и новые гуманисты вынуждены цепляться за ошибочные положения дарвинизма об эволюции сил природы и о личности как функции биоорганизма.

Люди верят в научные открытия о возможности существования некоторых микрочастиц на период ничтожной доли секунды (10-15), а гуманисты призывают нас забыть о существовании души, которая связана с телесной оболочкой в течение всей нашей жизни.

Новые гуманисты обещают «существенно повлиять на психологию нашего поведения, изменить направление эволюции и культурного развития людей». Не марксисты ли забыли поместить эти зловещие строки в «Коммунистическом манифесте»? Ведь для них важны только большие массы людей (классы), а не отдельный человек, который обязан подчиняться решениям партии.

Так гуманисты, отрицая душу, неизбежно отнимают у человека его духовную силу, могущество, значимость и превращаются, сами того не ведая, в антигуманистов.

11. «...мы утверждаем, что моральные ценности проистекают из человеческого опыта».

Подтверждает ли человеческий опыт это утверждение?

— Неужели идолы, требовавшие кровавых жертвоприношений в языческие времена Моисея, вложили в его уста следующие слова: «Я Господь, Бог твой... Да не будет у тебя других богов пред лицем Моим. Не делай себе кумира и никакого изображения... Не поклоняйся им и не служи им...»? (Исх 20, 2 — 5)

Не жестокие ли нравы этой эпохи, когда люди крали, обманывали, убивали, породили десять заповедей Моисея, и особенно эти две: «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим... всем разумением твоим» (Втор 6, 5); «возлюби ближнего твоего, как самого себя»? (Лев, 17, 18)

— Не иудеи ли, ожидавшие две тысячи лет назад Мессию, грозного царя-завоевателя, заставили Христа объявить, что «Царство мое не от мира сего», и дать людям учение высокой моральной силы, которое до сих пор некоторым кажется невыполнимым?

— Разве христианская Россия, шедшая, хоть и медленно, по пути улучшения нравов, ответственна за аморализм Ленина и преступления его последователей?

Аморализм — всегда плод человеческой деятельности, и несомненно Божественное происхождение истинно моральных ценностей. Свою мораль гуманисты не создали, зачем же разрушать то, что есть у человечества?

12. «Этика проистекает из человеческих нужд и интересов. И отрицать это — значит искажать саму основу жизни... [Людям] необходимы также этические ценности, в соответствии с которыми они хотят жить».

Я позволю себе все же выступить против столь безапелляционного утверждения. Этика не проистекает из человеческих нужд и интересов. Этические ценности, которые могут выдумать люди, могут быть ими же отменены для своей выгоды и удобства. Этим отличается аморализм, которому сопутствует развал души. Напротив, мораль сдерживает, направляет человека, препятствует часто его желаниям. Но если мораль лишь выдумка человека, то зачем подчиняться ее требованиям?

13. «В человеческой жизни есть смысл, ибо сами мы творим и развиваем наше будущее. Неизменными целями гуманизма являются счастье человека, творческая реализация его нужд и устремлений... Мы боремся за хорошую жизнь здесь и сейчас».

— Призыв к творению будущего (особенно «светлого») уже не раз оказывался ловушкой, поставленной теми, кто стремится захватить власть любой ценой. Когда власть захвачена, от людей требуют терпеть, жертвовать собой, трудиться во имя счастья потомков.

— В наш демагогический век понятие счастья всячески деформировано. Достичь счастья не просто, так как требования плоти противостоят велению духа. Надежное счастье, не приносящее бедствий другим, возможно, если повседневные цели неразрывны с помыслами и добрыми делами во спасение души. Те, кто это понимает, может подготовить счастье своих детей.

— Нахождение смысла жизни в творчестве доступно только небольшой элите людей. Остальные используют идеи творцов в будничной работе. Они, как и сотни миллионов детей, подростков, стариков, больных, должны тоже иметь смысл в жизни. Не следует об этом забывать авторам Манифеста.

Гуманисты справедливо выступают против сил, направленных на «привнесение коммерческого духа во все сферы жизни, ее вульгаризацию, бюрократизацию и дегуманизацию».

Зачем же те, кто выступает против дегуманизации, хотят изгнать религию? Почему авторы Манифеста не возложили вину за бюрократизацию на главных ее виновников — партийных бюрократов коммунистических стран?

14. «Разум — наиболее эффективное средство, которым располагает человечество. Ему нет замены: ни вера, ни чувство сами по себе недостаточны».

Всегда ли наиболее эффективное средство разум?

Даже при составлении чертежа машины часто решающим для инженера являются его интуиция, вера в свои силы, любовь к порученному делу. При прочих равных условиях труд человека, любящего свою работу и увлеченного ею, и того, кто ее ненавидит, выполняя задание из-под палки, дает разное качество изделия. Но, действительно, в деловой атмосфере разум на первом плане.

В сфере подлинной морали у разума, бесспорно, подсобная задача — поиск наилучшего исполнения требований вероучения, сдерживающего желания человека.

Настоящие гуманисты обязаны любить живого человека, поэтому не следует принижать высокие чувства — веру, надежду, любовь, — восхваляя разум.

После отрицания в Манифесте Бога, религии, традиционной морали непоследовательны следующие утверждения: «Человеческая личность полноценна тогда, когда разум в ней уравновешен чувством сострадания и сопереживания», «...искусство, поэзия и музыка не утрачивают своего места в человеческой жизни, наряду с религией и этикой». К чему вдруг этот реверанс? Не заботятся ли о своем реноме авторы, не желая прослыть сухими и бездушными рационалистами? Или они просто желают отмежеваться от марксизма, который в теории и практике показал свой звериный оскал?

15. «Мы отвергаем все религиозные, идеологические или моральные кодексы, принижающие и дегуманизирующие человеческую личность, подавляющие свободу и интеллект».

— Дегуманизируют человека ид еологические кодексы, которые его развенчивают и принижают, утверждая, что он кусок мыслящей материи.

— Дегуманизируют человека те, кто отрицает Бога, душу, вечную мораль, а не те, кто силой религии пытается поднять человека, исправляя его поведение.

— Захваливают человека те, кто потом использует его как даровую рабочую силу и пушечное мясо. Обличают человека, требуя от него совершенствования, те, кто желает ему добра, те, кто способен повести его за собой по пути развития душевного благородства, отваги, жертвенности, любви к другим.

— Десятки миллионов жертв в режимах, отменивших моральные кодексы, свидетельствуют о практике организованного безбожия.

16. «...мы отвергаем те стороны традиционной религиозной морали, которые отказывают человеку в праве осуществлять все свои потенциальные возможности и осознавать всю полноту своей ответственности... В области секса мы считаем, что нетерпимость, часто насаждаемая религиозным догматизмом и культурами пуританского характера, приводит к неоправданному подавлению сексуального поведения... мы не желаем запрещать ни в форме закона, ни в форме социальных санкций различные формы поведения между взрослыми партнерами. Разнообразие сексуальных экспериментов само по себе не должно считаться злом. Не одобряя... разнузданный промискуитет, цивилизованное общество должно быть в то же время терпимым».

Любовь к людям требует отеческой строгости, а не поощрения низости плоти и спада духа. Людей следует призывать к самообузданию своих страстей. Падших и порочных следует подвергать серьезному лечению. Как могут новые гуманисты узаконивать пороки, ненормальности, извращения природы?

Настоящий гуманист обязан заботиться об успехах евгеники, а не толкать под откос неустойчивых и слабых. В приятных для их уха словах таится глубокое пренебрежение к человеческому существу, которому неразумно запрещать утехи плоти, поскольку забота о душе отпадает, в силу ее отсутствия. Боюсь, что новые гуманисты не отдают себе отчета в последствиях своей терпимости. Скольким преступникам она даст возможность развратить и искалечить беззащитных малолетних? Каково будет их число?

Опомнитесь, подписавшие Манифест! Возьмите свои слова обратно, пока они не стали отправной точкой для завтрашнего прославления наркотиков, содомии, промискуитета...

Не во имя ли желания не отстать от моды и прослыть передовыми новые гуманисты стали на столь скользкий путь?

Вызывает также удивление признание в Манифесте права на эвтаназию и самоубийство. Сколько людей, воспользовавшись эвтаназией, можно будет объявить неизлечимо больными и насильственно лишить их жизни по воле заинтересованных лиц? Какие безбрежные горизонты открываются для преступлений!
Церковь запрещает самоубийство как страшный смертный грех, и в силу этого немало людей спаслись от приступов малодушия и сохранили себе жизнь.

17. «Мы за открытое и демократическое общество... Следует децентрализовать принятие решений с целью участия в них огромного числа людей на всех уровнях — социальном, политическом, экономическом».

В социальной, экономической и политической жизни решения должны приниматься не огромным числом дилетантов, а узким числом специалистов. Иначе возможны пагубные последствия. Как можно, чтобы решения в политике принимало огромное число людей, и среди них те, которые руководствуются личным интересом, когда ошибаются даже хорошо подготовленные для служения обществу политики, знающие обстановку и располагающие необходимой информацией?

Не случайно Манифест подписали сторонники «третьего пути»* в экономике, который соответственно марксистским постулатам предлагает рабочим участвовать в управлении предприятиями.18. «Силы, приводящие к отчуждению, должны быть либо изменены, либо уничтожены, а бюрократические препоны сведены к минимуму. Люди более ценны, чем десять заповедей, чем любые правила и установки».

Хотя новые гуманисты посвятили религии специальный раздел, высказав свое отношение к ней, они не перестают отдавать дань безбожию на других страницах Манифеста и не забывают лягнуть религию.

Забота о людях требует прежде всего разоблачения коммунистических режимов, где достигнуто неслыханное отчуждение людей. Ему способствуют огромная сеть сексотов, борьба членов партии и комсомольцев с любыми самостоятельными объединениями, преследования тайной полиции. В этих условиях люди вынуждены опасаться друг друга, не доверять даже ближним, прятать свои мысли, следить за каждым сказанным словом. В этих режимах каленым железом выжигают любое проявление человечности, но щедро сеют ненависть и злобу.

* Несостоятельность «третьего пути» была обоснована в ряде статей (Ламсдорф, Пирожкова, Федосеев, Югов), появившихся в русских эмигрантских журналах.

Честно ли умалчивать о язвах века и сваливать всю вину на религию?

19. «...мы осуждаем разделение человечества на националистической основе... Мы мечтаем о развитии... единого миропорядка, основанного на наднациональном федеральном правительстве...»

Не следует причинять зло другой расе или нации или испытывать к ним дурные чувства, то есть быть расистами или националистами. Но нормально для человека любить свою расу или нацию. В свете этого сложный вопрос слияния рас и наций должен быть всесторонне изучен. Согласно законам природы* гораздо более целесообразно и жизненно усовершенствовать каждую расу, развивая ее положительные качества и используя ее преимущества. Предложение о наднациональном всемирном правительстве должно быть высказано не в форме мечты гуманистов прошлых столетий, а содержать конкретные предложения.

* Закон движения вещей, который я усматриваю в мире, утверждает, что любое явление происходит вследствие разности густот. Поэтому любое единство состоит из неравных, различных противоположностей; любое сложное образование не должно быть серой однородной массой.

20. «Чрезвычайные диспропорции в благосостоянии, доходах и экономическом росте должны быть сведены к минимуму в мировом масштабе».

Сейчас не времена Маркса, когда преобладал ручной труд. Его политэкономия безнадежно устарела. Прибавочный труд в условиях современного производства создается путем использования природной энергии, благодаря усилиям руководителей предприятий, инженеров, рабочих, изготавливающих изделия, и служащих, коммерсантов, транспортников, распределяющих их по потребителям. От их дружной работы зависит величина заработка всех участников процесса и благосостояние общества. Богатство может стать общим уделом, так как запасы энергии (включая атомную) неисчерпаемы и нужное количество сырья может быть покрыто заменителями. Имущественная разница не исчезнет, но не будет иметь практического значения. Голые призывы о сведении к минимуму диспропорций в благосостоянии ведут лишь к разжиганию зависти.

21. «Мы призываем переступить порог ограниченных и жестоких идеологий, нравственных, религиозных и прочих. Мы призываем к признанию единых гуманистических ценностей для всех людей в мире».

В течение пяти веков гуманисты не сумели ничего создать в области морали, но способствовали ее разрушению. К каким единым гуманистическим ценностям призывают новые гуманисты?
Гуманисты давно уже могли убедиться, что люди либо следуют вечной морали Божественного происхождения, либо ведут себя аморально, как человеконенавистники и разрушители общества. Среднего не дано.

Не банкротством ли гуманистов следует считать этот призыв?

* * *

Я рассмотрел лишь основные положения Манифеста, к сожалению, названного гуманистическим. Его авторы часто призывают людей к замене устоев и даже к их разрушению, хотя разумно было бы начать с созидания.

Подлинным гуманистом следует считать того, кто хочет гармоничного развития духа, ума, воли, тела человека. Советы авторов Манифеста снижают возможности человека и делают его игрушкой в руках авантюристов и преступников. Гуманизм не заменил собой христианства, хотя преуспел в его вытеснении. Мировоззрение новых гуманистов на поверку оказалось бесплодной смоковницей.